Последние месяцы проходят в Украине под знаком политического кризиса. Его составляющими стали кризис парламентский – неспособность фракций в Верховной раде сформировать большинство, и кризис правительственный – невозможность отправить в отставку правительство Арсения Яценюка. Ну и, естественно, налицо – кризис институционный: президент демонстрирует отсутствие рычагов влияния на работу парламента, парламент не может контролировать кабинет министров, правительство откровенно издевается над президентом.
Всё это – на фоне войны на Востоке, потери партнеров и поддержки на Западе, удручающей картины в экономике и социальной сфере, общем ощущении депрессии в обществе. По сути, Украина сегодня переживает самые драматические времена в своей новейшей истории: и в 90-е годы, и в 2014-м было тяжело, но ощущался некий запас прочности и некий оптимизм. Сейчас оптимизм тает на глазах – политические процессы в стране откровенно увязли в местечковых дрязгах и разборках, ожидании барина, который должен приехать и всех рассудить.
Согласно ныне действующей Конституции Украины (в редакции от 8 декабря 2004 года), правительство не зависит от президента. Кандидатуру премьер-министра определяет коалиция – и только согласовывает ее с президентом. Далее президент вносит эту кандидатуру на рассмотрение Верховной рады. Уволить премьер-министра может тоже только Рада – президент лишен такой возможности. 16 февраля Рада не смогла отправить Арсения Яценюка в отставку – несмотря на настоятельные требования Петра Порошенко. Но премьера можно отправить в отставку, переформатировав коалицию. А если коалиция не получается, то у президента по истечении 30 дней появляется конституционное право распустить парламент и объявить досрочные выборы.
Конституция – опять же – закрепляет положение вещей, при котором любой президент обречен на конфликт с премьер-министром. Даже если бы в Украине сложилась ситуация, имевшая место в Польше в нулевые годы, когда должности президента и премьера занимали братья-близнецы Качиньские, Конституция непременно сделала бы их врагами. Все среднее управленческое звено – начиная с губернаторов – находится в двойном подчинении, координация действий между ветвями власти – крайне слабая, распоряжения, инструкции и директивы, спускающиеся по вертикали вниз, противоречивы, коррупционная вертикаль, обеспечивающая приток средств на самый верх пирамиды, неравномерно раздваивается на киевском уровне. Порошенко и Яценюк поработали слаженно и консолидированно два месяца с июня по август 2014 года. Дальше начались трения и конфликты, в последнее время переросшие в активное противостояние.
Этому содействовало также и то, что оба политика пытались заручиться поддержкой различных групп влияния как внутри страны, так и за рубежом. Порошенко выстраивал свои отношения с Вашингтоном по линии Госдепартамента, Джона Кэрри – и прямиком на Барака Обаму. Яценюк пытался заручиться поддержкой кругов, близких к вице-президенту США Джо Байдену. И это заставляло нервничать и Порошенко, и посла США в Украине Джеффри Пайетта (который одним из первых начал открыто критиковать Яценюка). Кстати, в марте 2003 года противостояние между формальным премьером Югославии Зораном Джинджичем и неформальным премьером, каковым считали посла США в Белграде Уильяма Монтгомери, закончилось весьма трагически для Джинджича.
Внутри страны кланы и группы, сосредоточенные вокруг Порошенко и Яценюка, развернули между собой борьбу за остатки экономического пирога. Олигархам в этой борьбе пришлось определяться, с кем они, и делать соответствующие ставки. Конфликт все больше обострялся на фоне экономических неудач и социальной напряженности, а также исходя из того, что премьер Яценюк стал центром притяжения «ястребов», активно критиковавших Минские договоренности и требующих политического реванша.
После того как летом 2015 года Джо Байден перестал покровительствовать Яценюку (многие помнят кадры: премьер-министр выходит со встречи с Байденом, садится на клумбу и нервно курит сигарету – при том что Яценюк в принципе некурящий), стало понятно: отставка не за горами. Беда в том, что и Порошенко, и Яценюк не желали идти на досрочные выборы. В случае развала коалиции создать новую будет весьма сложно – что мы сегодня и наблюдаем. Но на досрочных выборах партия Яценюка («Народный фронт») может не попасть в парламент (социологи говорят, что ее рейтинг колеблется между 1,5 и 2%). Порошенко же может потерять доминирующую роль в парламенте, которую удерживал за счет наличия в его распоряжении крупнейшей парламентской фракции (141 депутат). За последний год рейтинг Порошенко упал с 22% до 14,5–15%.
Досрочные выборы могут привести к тому, что Порошенко в результате получит оппозиционно настроенный по отношению к нему парламент. Сегодня отмечается стремительный рост рейтинга Юлии Тимошенко и партии «Батькивщина», на Востоке и Юге нарастил свое электоральное присутствие «Оппозиционный блок» (по данным некоторых социологических исследований, «Оппозиционный блок» и тимошенковцы вышли на лидирующие позиции, отодвинув партию Порошенко на третье место в общем рейтинге). К тому же на поле «Блока Петра Порошенко» появился новый игрок – Михаил Саакашвили, работающий над созданием новой политической силы. Уже сейчас видно, что Саакашвили становится новым любимчиком Байдена (вместо Яценюка). Плюс ко всему эксперты говорят о наличии неких договорных отношений между Саакашвили и частью старой команды Порошенко – в первую очередь говорят о гражданине РФ Константине Григоришине, давнем партнере Порошенко, который в последнее время вступил в конфликт с Игорем Кононенко – «серым кардиналом» украинского президента. Не стоит также сбрасывать со счетов других оппонентов Порошенко – в частности, правого популиста Олега Ляшко и мэра Львова Андрея Садового.
Порошенко старается обойтись без досрочных выборов. Он боится Тимошенко в роли премьер-министра (а это в случае, если тенденции, отмеченные социологами, сохранятся, практически неизбежно). Хотя после встречи с Байденом во время последнего своего визита в США Порошенко впервые заговорил о том, что теоретически сможет пойти на выборы. Инстинкт самосохранения толкает его на создание коалиции с «Народным фронтом» – но пока не хватает голосов. По состоянию на момент написания статьи потенциальная коалиция насчитывала 222 голоса (дефицит – четыре голоса). Репрессивные меры против внутренних диссидентов (лишение мандатов депутатов-бунтарей Николая Томенко и Егора Фирсова), а также заявления отдельных членов президентской команды, что есть предварительные договоренности о вхождении во фракцию БПП новых депутатов из числа внефракционных, не дали своего результата: вопрос новой коалиции по-прежнему находится в подвешенном состоянии.
На роль нового премьер-министра Порошенко прочит нынешнего спикера Верховной рады Владимира Гройсмана. Молодой политик, бывший мэр Винницы (крупнейшего города Центральной Украины), долгое время считался тенью Порошенко. Однако некоторые его последние шаги позволяют усомниться в том, что он по-прежнему зависим от президента. 16 февраля, в день, когда Порошенко ждал отставки Яценюка в сессионном зале, именно умелая игра Гройсмана помогла премьеру остаться в своем кресле. Гройсман хорошо понимал, что отставка Яценюка тогда, в феврале, не давала возможности ему лично занять премьерское кресло – не хватало голосов, не хватало поля для маневра. Если бы отставка состоялась два месяца назад, новым премьером почти гарантированно стала бы бывшая гражданка США и нынешняя министр финансов Украины Наталья Яресько. Сейчас же шансы на премьерство Гройсмана существенно усилились и его единственным конкурентом остается только сам Яценюк – ведь пока сложно спрогнозировать, как себя будет вести его фракция и не совершит ли демарш непосредственно перед внесением кандидатуры нового премьера. Но на всякий случай вокруг Гройсмана начала формироваться новая управленческая команда из числа политиков и бизнесменов. В отличие от Яценюка Гройсман – сторонник умеренных действий в политике, практически неконфликтный человек, склонный к компромиссным решениям, но одновременно твердый в своих намерениях, стратегически мыслящий, лишенный спонтанности и позерства.
Гройсман в случае утверждения на пост премьер-министра станет заложником ситуации в коалиции. Противоречия внутри двух фракций и противоречия между фракциями будут создавать новые и новые конфликтные поля. Экономические интересы будут влиять на политику, политика будет довлеть над экономикой – и так по кругу. Новая коалиция будет коалицией взаимного шантажа. Две фракции объединяются не столько ради общей работы, сколько ради того, чтобы не допустить досрочных выборов, на которых они обречены на поражение и потерю лидирующих позиций. Новая коалиция – это заговор обреченных. И жалко, что Гройсман может стать заложником этого заговора и его последствий.
Но: выкарабкиваться из политического кризиса надо, и осталось ждать недолго – буквально на следующей неделе депутаты Верховной рады постараются сформировать новую коалицию и внести на рассмотрение президента кандидатуру нового премьер-министра.
