Похоже, ядерный шантаж Путина – это уже не блеф, не хитроумная игра с геополитическими расчетами. Это серьезная заявка на конфронтацию со всем миром, манифестация внутренней готовности к мировой войне. Общенациональные учения по гражданской обороне, ответственность губернаторов за мобилизацию, патриотическая истерия в прессе и на телевидении – все это и многое этому подобное, начавшись некогда как политическая игра и легкомысленный блеф, постепенно переходит в сферу военных решений.
Мы, со свойственными нам гуманистическими иллюзиями, все думаем, что рациональное начало возобладает над хаосом в душах и головах. Что интеллект победит инстинкты и эмоции. Что откровенное политическое безумие невозможно. Но оно еще как возможно! Безумцы не раз творили в истории то, во что прежде трудно было поверить. Трудно было даже себе представить. А потом рвали на себе волосы, сокрушаясь, что не остановили безумца, когда это было еще возможно, когда катастрофу можно было еще относительно легко предотвратить.
Мы пребываем в плену своих надежд. Он расправляется с оппозицией и бросает один за другим вызовы мировому сообществу. "Ну что вы, – успокаиваем мы себя и окружающих, – ему просто хочется показать себя крутым мачо; это просто поза и ничего другого". Он со слезами счастья на глазах аннексирует Крым и спонсирует террористов на Украине. "Это политический торг, – озабоченно покачиваем мы головой, – он просто хочет чувствовать себя равным с мировыми лидерами. Это спесь и ничего другого". Тогда он посылает в Сирию самолеты, и они бомбят военную оппозицию диктатора, а заодно госпитали, школы, гуманитарный конвой и просто скопления мирных людей. "Он, конечно, зарвался, – с последней надеждой думаем мы, – но это он так хочет выйти из международной изоляции. Просто он хочет, чтобы его считали лидером великой державы".
И все, что мы говорим о нем и думаем, – это правильно, но это лишь десятая часть того, что есть на самом деле. Остальные девять десятых – это неутолимая жажда власти, безграничный цинизм, идеальная беспощадность и абсолютная уверенность в том, что его политическое положение развязывает ему руки для любой авантюры. Он искренне верит в свое предназначение и безграничные возможности.
Можно сколько угодно утешать себя тем, что мы его как-нибудь переживем, что ему еще сидеть на скамье подсудимых в Гааге, что режим не протянет и трех месяцев, что все еще изменится к лучшему, потому что мы так страстно этого хотим. Но это детские утешения. Так успокаивают детей, когда им приснится страшный сон. Так успокаивают своих избирателей мировые лидеры, по-страусиному зарывающие свои головы в песок, чтобы не принимать ответственного решения. А оно на самом деле одно: любыми средствами нейтрализовать военный потенциал России, прежде чем в Кремле созреет политическая готовность к настоящей мировой войне.
Миролюбивым людям грядущая война всегда кажется невероятной. Но, взглянув на ситуацию трезво, неизбежно прийти к единственному выводу: чем раньше остановить безумца, тем меньше будет жертв. Иначе, когда будет уже действительно поздно и война заполыхает по всему миру, в последнее мгновение атомного апокалипсиса нам только и останется подумать: почему мы сидели сложа руки, когда еще можно было что-то сделать?
Александр Подрабинек – правозащитник и журналист, ведущий программы Радио Свобода "Дежавю"
