На Уолл-стрит все знают Джефри Гандлака (Jeffrey Gundlach) как Короля облигаций. Его Лос-Анджелесская фирма DoubleLine Capital контролирует $116 млрд, большая часть из которых вложена в долговые обязательства. Гандлак — своего рода человек эпохи Возрождения, черпающий вдохновение у Ницше (Nietzsche), Мондриана (Mondrian), Эшера (Escher) и с обложек журнала Mad. Вот почему ответ Джефри на простой вопрос «Зачем инвестировать в облигации?», заданный кем-то из зрителей во время саммита журнала Vanity Fair (V.F.) (Vanity Fair’s New Establishment Summit), прошедшего вначале этого месяца в Лос-Анджелесе, всех поразил, но в то же время оказался весьма проницательным.
Наверное, вы думаете, Гандлак — большой поклонник облигаций, раз его называют королем и все такое. Но это не так, просто потому что финансовые рынки намного опаснее, чем ежедневные взлеты на фондовой бирже и рекордно низкие процентные ставки. «Я сейчас не большой поклонник облигаций», — сказал он во время саммита моей коллеге из V.F. Бетани Маклин (Bethany McLean), — «и не являюсь таковым уже последние четыре года, хотя облигации у меня есть, по разным причинам они нужны и организациям».
Скажем прямо, далеко не все понимают, о чем речь, когда слышат об облигациях и процентных ставках. Вот почему большинство из присутствующих в комплексе Wallis Annenberg Center for the Performing Arts и следящих за происходящим в прямом эфире, скорее всего, не уловили суть слов Гандлака. Но рынок облигаций чрезвычайно важен. СМИ говорят в основном о фондовых биржах, но рынок облигаций, в четыре раза превышающий рынок акций, помогает задавать цену деньгам. Именно рынок облигаций определяет, сколько придется заплатить, чтобы занять денег на покупку дома, машины, или воспользоваться кредитной картой.
По словам Короля, последние лет семь или около того доход от облигаций в лучшем случае был небольшим. Тогда как промышленный индекс Доу Джонса вырос чуть ли не в четыре раза с марта 2009 г, доходность облигаций в среднем составила около 2.5% для долговых обязательств США и 8.5% для более рискованных бросовых облигаций. Гандлак призвал инвесторов «повременить» с облигациями. Весьма остроумный совет, особенно если слышишь его от Короля. «Я увяз», — отозвался он о своем огромном портфеле облигаций. Если верить Гандлаку, то процентные ставки достигли своего дна и последние шесть лет постепенно растут. (Растущие процентные ставки негативно сказываются на облигациях, поскольку последние торгуются обратно пропорционально своей доходности. Храп. . .) Сегодня Гандлак работает в интересах своих клиентов, его задача «заключается в том, чтобы перевести их на ту сторону ущелья». Когда рост процентных ставок будет казаться неизбежным, «я пойму, что помог людям выжить», сказал он. «Вот почему я до сих пор в игре. Мне интересно, чем закончится это кино».
Но хорошей концовки ждать не стоит. Дабы проиллюстрировать свою точку зрения относительно риска владения облигациями, Гандлак представил график, показывающий, как инвесторы в европейские «бросовые» облигации хотят получать такой же бездефолтный доход, как и с гособлигаций США. Иными словами, доходность европейских «бросовых» облигаций примерно такая же (2-3%), как и доходность американских гособлигаций, хотя по степени риска они, конечно, несравнимы. Он корректно подчеркнул, что причиной его феноменального успеха стало «регулируемое поведение», как он называет вариацию программы «количественного смягчения» Европейского центрального банка (ЕЦБ), которую в 2008 г инициировал Бен Бернанке (Ben Bernanke), бывший председатель ФРС, а затем близко принял к сердцу Марио Драги (Mario Draghi), глава ЕЦБ.
По замыслу Бернанке, ФРС должна была выкупить облигации на триллионы долларов, поднять их стоимость и снизить доходность. Он высчитал, что низкие процентные ставки помогут вывести экономику из рецессии. И хотя в 2014 г Джанет Йеллен (Janet Yellen), сменившая Бернанке на посту главы ФРС, закрыла программу количественного смягчения, версия Драги до сих пор живет и привела к «регулированию», так беспокоящему Гандлака. Процентные ставки в Европе «должны быть намного выше, чем они есть сейчас», — заключил он. — «. . . [и] как только Драги это поймет, порядок финансовой системы перевернется с ног на голову, и ничего хорошего не выйдет. Это будет означать, что ликвидность, накачивающая рынки, закончится в 2018 г . . . Все когда-нибудь кончается. Почти весь мир находится в искусственно раздутом рынке акций и облигаций».
Другие кредитные эксперты отмечают то же самое. Один из них — Джеймс Грант (James Grant)— редактор всеми уважаемого сервиса Grant’s Interest Rate Observer, своего рода библии для облигационных инвесторов. В выпуске от 22 сентября Грант привел два примера, когда инвесторы в облигации, казалось, совсем потеряли голову и забыли, насколько рискованно иметь дело с долговыми обязательствами. Грант отметил, что доходность приоритетных необеспеченных облигаций со сроком погашения в 2022 г, выпущенных второй после Walmartрозничной продуктовой сетью Carrefour S.A., составляет всего 50 базисных пунктов или пол процента в год. Точка. Несмотря на то, что у Carrefour скромное соотношение обязательств к потоку денежных средств, чуть больше, чем в два раза, доходность от облигаций предполагает, что риск компании практически нулевой, чего быть не может. Грант также упомянул приоритетные необеспеченные облигации со сроком погашения в 2018 г, выпущенные компанией Toys “R” Us, розничной сетью магазинов игрушек, которая недавно объявила себя банкротом. Облигация, отметил он, «провела лето в районе 95 центов с доллара», но «в начале сентября идиллию нарушили слухи о реструктуризации долга». Сегодня облигация торгуется по цене 26 центов с доллара. «Это как грипп, ошибочная оценка заразна», — написал Грант.
Если вы вдруг не заметили, то мы живем в нестабильное время. Непредсказуемость президента США пугает, он процветает за счет хаоса и неуверенности. Его чудаковатое поведение нервирует людей по всему миру. При этом американский фондовый рынок, где Доу Джонс перевалил недавно за 23,000 пунктов, продолжает бить рекорды, а процентные ставки упорно остаются на низком уровне. Гандлак и Грант правы, говоря, что процентные ставки могут взлететь очень быстро, снизив при этом цены на облигации, или на фондовом рынке может вдруг начаться большая коррекция, после великолепного периода роста, начавшегося в марте 2009 г. «Моя работа — пугать», —сказал Гандлак Маклин. «Меня критикуют за то, что я слишком преувеличиваю риски. Виноват. Но это моя работа. Я пытаюсь понять, что может пойти не так, а не затыкаю уши и не закрываю глаза. Лучше всегда быть на чеку». К такому специалисту, как Гандлак, лучше прислушиваться.
Как любит напоминать в своем Твиттере Трамп, единственное достижение его администрации — это рекорд за рекордом на фондовой бирже США. Но что движет сегодняшний рынок ценных бумаг? Это унаследованная Трампом экономика, снижение налогов, которое может оказаться несбыточной мечтой, и чрезмерно большой рынок облигаций, ежедневно недооценивающий риск. Но возьмет ли Трамп на себя ответственность, когда все рухнет?
Коэн, Вильям Д.
Cohan, William D.
